Библиотека > Эпические дневники > Летописи Энтель Эдэгиль > Летопись шестая

Летопись шестая.
Год 2001. 29 апреля - 2 мая
Командировка в Питер
или
Как в Энтель Эдэгиль появляются новые танцы

Незадолго до описываемого события выяснилось, что у нас накрывается весенний бал. В качестве альтернативного времяпрепровождения танцующая часть Энтель Эдэгиль была приглашена в Санкт-Петербург на танцевальный вечер с участием 5 танцевальных клубов вышеупомянутого города. Вечер был запланирован на воскресенье, 29-е апреля.

Нас пригласила и согласилась приютить девушка по имени Нимвен - создание милое и местами загадочное. Основной прикол ее жизни в том, что она пытается избавиться от лишних диванов в своей квартире, чтобы в ней стало меньше мест для вписки. Парадокс состоит в том, что вписчиков от этого меньше не становится.

Встретиться с ней мы сумели только на станции метро Электросила, где находилось то самое помещение, в котором собирался быть бал. Оказалось, что память моя меня подвела (я-то почему-то с Зиланта запомнила ее блондинкой), но не узнать ее было невозможно.

Питерские ролевики в определенной степени избалованы равнодушием к себе со стороны цивильных горожан. Ну кто сейчас в Москве может себе позволить прийти на бал прямо в прикиде, то есть прошествовать в таком виде по улицам, и чтобы на него не показывали пальцем, а тем паче не останавливали со всякими глупыми вопросами и требованием документов? Возможно, у некоторых это вызовет ностальгию по временам старого Эгладора (мне эти времена незнакомы, но по рассказам очевидцев это должно было выглядеть именно так).

Короче говоря, шествует себе по станции такое создание в красном бархате и с магнитофоном в руке. Более чем опознавательный знак. (Отвлекусь немного и расскажу, как мы планировали с Нимвен встретиться. Сидели мы за день до отъезда дома у Котенки и Рэя, все из себя счастливые от того, что взяли билеты и успеваем к сроку, после того, как нам сказали, что билетов нет - никаких. Пишем Нимвен, просим нас встретить. Кира взялась описывать наши внешности, а нас почему-то пробило на ха-ха, и Котенка велела написать, что мы будем с букетом синих ирисов. После чего достает из какой-то пыльной-препыльной вазы букет ирисов - искусственный, разумеется - и идет в ванную это веник мыть. Мы в итоге довезли его до Питера и долго размахивали им на вокзале, но встречать нас так никто и не пришел.) Нимвен тогда очень сожалела, что ирисы оказались не настоящими. Боюсь, что настоящие таких измывательств над собой просто бы не выдержали.

Поскольку Нимвен нас не смогла встретить, нам пришлось сразу ехать в бальное помещение - с корабля на бал. Сам бал отдельного описания не требует - разве что сказать, что проходил он в школьном спортзале, что придавало ему некий дух соревнования. Больше всего поразило так любимое Котенкой "смешенье стилей" - особенно в одеянии одного мальчика, на котором нецивильного были одни остроносые ботинки. (Это напоминает нам нашего Борю Батыршина, который в последние месяцы своего пребывания в клубе своеобразно понимал повеление всем ходить в прикидах - к цивильной одежде надевал ботфорты.)

Зато после бала нас начали делить. Мы ведь, собственно говоря, ехали в Питер не город смотреть, а на "курсы повышения квалификации", то есть учить новые танцы. Проблема состояла в следующем: многие на майские праздники куда-то уезжали, оставаться преподавать для нас не входило в их планы. Добавило беготни еще и то, что Нимвен первого числа собиралась на дачу, то есть после ее отъезда нам было негде жить. Ребята из Шалтая предложили весьма забавный выход - мы едем с ними на игру, а они прямо на месте устаивают нам мастер-класс по чему угодно. Что ж, если они были бы готовы на такие приключения в Москве, то они воистину бесшабашные ребята. Мы такими не были.

Выход нашелся. В Питере на тридцатое число оставалась Яна - женщина, которую Нимвен характеризует в статье по старинным танцам как классного преподавателя. Она согласилась нам дать урок на следующий вечер после бала.

Понедельник, 30-е апреля.

У питерцев какая-то особенная система переноса выходных в праздники. Не вдаваясь в детали, скажу, что тридцатое у них получилось рабочим днем. Нимвен утром ушла на учебу, но вскоре вернулась в радужном настроении, потому что их единственная пара отменилась по причине неприхода преподавателя. На улице чудесная погода, сказала она, а поэтому поехали гулять в Петергоф. Ну в Петергоф так в Петергоф, все-таки культурная программа. А в Петергофе можно и потанцевать. В прикидах? Ладно, в прикидах так в прикидах, нам не сложно. Когда еще такие вольности выпадут. (Когда-то моя преподавательница, рассказывая нам про социальный контроль, утверждала, что в наше время уже никто не пройдет по улице в кринолине. Я тогда захотела прийти в кринолине на зачет по ее предмету, и меня остановило только то, что у меня нет кринолина.) Поехали Нимвен, я и Кира, а Рэй с Котенкой остались.

Все ж таки это вышло нам боком. Мы ехали в Петергоф на электричке и взяли билеты не до нашей конечной цели, а на зону меньше. На последней станции оплаченной нами зоны на нас напали контролеры и долго пытались нас высадить на якобы нашей остановке. Были б мы в цивиле - затерялись бы в толпе.

Вскоре обнаружилась еще одна проблема. Нимвен переоценила степень чудесности погоды, поэтому, сойдя с электрички, мы стали беспощадно замерзать. От холода мы решили спасаться танцами. Пока мы пытались согреться, нас несколько раз снимали на видеокамеру, а потом во время передышки к нам подошли какие-то ребятки и попросили разрешения с нами сфотографироваться. Потом мы позволили себе насладиться красотами Перергофа. Нимвен устроила маленькую экскурсию. В парке обнаружились еще люди в исторических костюмах (они полагались в качестве бесплатного дополнения к пейзажам), а также живой оркестр. Оркестр оккупировал самое удобное асфальтированное пространство. Мы хотели немного потанцевать на асфальте, когда нам надоело, что мелкий гравий, которым посыпаны дорожки, засыпается нам в туфли, но живая музыка беспощадно глушила наш магнитофон. Оркестр знал только вальсы, а мы в тот момент пытались выучить Стеллу.

Тут Кира вновь начала замерзать, и мы решили двинуться домой.

Дома нас встретили едой. Рэй и Котенка вообще всю поездку пытались нам сделать хорошо, как будто они ради этого поехали. Сами для себя, насколько я успела заметить, они ничего не получили от Питера. Вечером мы с Кирой съездили на вокзал и взяли билеты для себя, попрощались с Рэем и Котенкой (они уезжали на день раньше нас) и отправились на мастер-класс к Яне.

Яна - определенно классный педагог. В этом мы убедились.

Кроме нас на ее занятие пришло еще некоторое количество людей, в том числе одна девушка, которая перманентно бывает и в Москве, и в Питере. После класса мы разговорились о танцевальных клубах двух городов. Девушка с неуверенностью в голосе сказала, что в Москве есть танцевальный клуб Лиссэ.

- Это мы и есть, - говорит Кира.

- Да, это мы, - говорю я и выжидаю театральную паузу. - Я - Лиссэ.

- Не может этого быть! - пугается Нимвен. - Я Лиссэ знаю в лицо!

- Не поверишь - мы тоже, - в один голос сообщаем мы с Кирой и неприлично ржем.

Мы дали ей координаты себя, любимых, сказали, что если ей случится быть в Москве - пускай забегает потанцевать.

Ночью мы долго мучили Нимвен, заставляя переписывать нам музыку для танцев. Она искренне удивлялась, зачем нам это и просила отпустить ее спать. Когда мы ее отпустили, она еще какое-то время сидела на кухне и теребила гитару. Мы легли спать, а утром ее уже не застали - она уехала на дачу.

1-е мая, вторник.

Утром мы вяло собирались и забавлялись с кошкой. Кошке явно не доставало внимания и она все время путалась под ногами. Мне на кухне она сильно мешала, поэтому я ее выпинала за дверь. Кошка отправилась в ванну, где от нечего делать пыталась запрыгнуть на умывающуюся Киру. Кире это надоело и она плеснула кошке водой под хвост. Кошка офигела, запрыгнула повыше на дверь и оттуда зло смотрела на мир. В какой-то момент она не удержалась и рухнула с этой двери, утащив за собой сумку "мечта челночника" с антресоли.

Итак, картинка. Пустой коридор, посередине которого лежит сумка. Мимо сумки проходит кто-нибудь, и тогда кошка с ужасающей рожей выпрыгивает из сумки, делает "Шшшшш" на проходящего и снова прячется в сумку. История повторяется несколько раз.

Загадка: четыре взрослых человека отправляются в другой город и ни один из них не удосуживается взять с собой часы. Зато они берут букет синих ирисов.

Ответ: представители ролевой тусовки с объемом памяти 4 мегабайта.

По дороге в Питер мы измеряли время по солнцу и по соседям. На обратной дороге в вагоне перед нашими лицами висели часы. Часы были странные - когда мы отправлялись (а по расписанию это было в 13-05), они показывали без десяти семь. Тем не менее, они ходили. Мы научились определять по ним время, но мы не знали одного: их минутная стрелка проходила круг за полтора часа. Мы это поняли только тогда, когда за окном сгустились сумерки и по вагонному радио объявили, что мы подъезжаем к Москве и по этому поводу закрывают туалеты, а по нашим расчетам (при помощи этих часов) выходило, что времени - семь вечера, и ехать нам еще три часа.

Довольно давно выражение "Мы не ищем легких путей" кем-то было приписано нолдорской расе. Неправомерность этого приписывания доказана экспериментально.

Келебриан

Последнее обновление - 16.03.17
Поддержка: Suboshi